Преподобный Лев Оптинский (в миру Лев Данилович Наголкин) вошел в историю Русской Православной Церкви как основоположник знаменитого оптинского старчества. Его жизнь — удивительный пример того, как Господь избирает человека из самой гущи мирской суеты и через горнило жизненных испытаний воспитывает из него великого пастыря душ человеческих.

Будущий старец родился в городе Карачеве Орловской губернии в купеческой семье. С юных лет он вращался в торговой среде, служа приказчиком по пеньковому делу. Обязанности требовали от него постоянных путешествий: Лев сопровождал обозы с товаром на дальние расстояния.

В этих поездках проявились его редкое мужество, решительность и огромная физическая сила. Однажды на юношу напал свирепый волк, вырвавший у него из ноги большой кусок плоти. Не поддавшись панике, Лев сумел одной рукой схватить зверя за горло, а другую засунуть ему в глотку, задушив хищника. С тех пор в память о чудесном спасении преподобный на всю жизнь остался хромым.

Годы, проведенные в дороге, обогатили Льва бесценным знанием человеческой природы. Сметливый приказчик постоянно общался с представителями самых разных сословий. Он досконально изучил быт, нужды и психологию как простых крестьян, так и знатных вельмож. Впоследствии, когда Господь призвал его к старческому служению, этот опыт помог ему без труда находить ключ к сердцу любого человека, приходящего к нему за духовным утешением.

Оставив мир, Лев положил начало иноческой жизни в Оптиной пустыни, но вскоре перешел в Белобережскую обитель, где настоятельствовал известный афонский подвижник старец Василий (Кишкин). Здесь Лев принял монашеский постриг с именем Леонид и прошел строгий искус послушания, терпения и телесных подвигов. Духовные дарования и административный талант инока привели к тому, что в 1804 году он был назначен преемником отца Василия на посту настоятеля.

Однако главным событием в духовном становлении преподобного стала встреча в Чолнском монастыре с отцом Феодором — верным учеником и последователем великого старца Паисия Величковского. Отец Феодор открыл молодому подвижнику «науку из наук и искусство из искусств» — опыт непрестанной внутренней молитвы, очищающей сердце от страстей. Под руководством опытного наставника будущий оптинский старец глубоко усвоил святоотеческие традиции умного делания. В этот же период Господь связал его узами дружбы с инспектором Орловской семинарии игуменом Филаретом (будущим митрополитом Киевским), чье покровительство не раз защищало старца в периоды грядущих гонений.

Став настоятелем Белобережской пустыни, отец Леонид сразу призвал к себе своего духовного отца — старца Феодора. Их сокровенное молитвенное соработничество и единомыслие заложили прочный фундамент для возрождения истинного старчества на Руси. Пройдя через многие монастыри и испытания, преподобный Лев (принявший в Оптиной великую схиму с возвращением первоначального имени) принес этот благодатный огонь непрестанной молитвы и пастырской любви в Оптину пустынь, сделав ее главным духовным сердцем православной России.